Культ меча и топора: оружейный фетиш в отечественной фантастике

fantasy-battle
Этот материал представляет историческую и сентиментальную ценность, это артефакт из ушедшей эпохи, когда стандарты и цели написания статей были другими.

Оружие средневековья не дает покоя писателям, работающим в жанре фантастической литературы.

Обилием cпецифических терминов пестреют страницы любого современного «фэнтезийного боевика», а издавать книгу, в которой не было бы указано, какой именно меч находится в мозолистых руках главного героя стало попросту неприлично.

Прошли те славные времена, когда автору достаточно было сказать о знаменитом клинке: «то был длинный меч!». Сегодняшнему читателю требуется более подробное описание. Меч непременно должен обладать «изукрашенной затейливыми орнаментами гардой» и «волнистым, отливающим серебряным напылением булатным клинком».

Несчастные писатели вынуждены в срочном порядке пролистывать пособия «Холодное оружие средневековой Европы для чайников», дабы восполнить пробелы в знаниях и как можно красочнее и подробнее изобразить предметы вожделения благодарных читателей, еженощно сжимающих во сне воображаемые рукояти верных клинков.

Размах этого действа в последние годы наводит на грустные мысли о фетишизме и оружейной лихорадке в фэнтези, где теперь за звоном знатных клинков не видно сюжета, персонажей, идеи и цели повествования. К тому же далеко не всегда для четкого и правильного описания боя средневековым холодным оружием автору хватает эрудиции, таланта и знания предмета. В результате нехватка знаний проявляется либо в нелепом описании боя, в котором колющее оружие наносит рваные раны, стрелы запутываются в кольчуге, а арбалетные болты служат универсальным средством борьбы с любым противником; либо в банальном нагромождении бессмысленных и ненужных фраз, усложняющих язык повествования.

Редкое отечественное фантастическое произведение обходится без подобных пассажей:

«Oн завертелся на месте, отражая удары и одновременно нанося их окружившим его врагам, припадая на колени, вновь поднимаясь на ноги, и, стиснув зубы, в последнем, уже даже не нечеловеческом — смертном усилии нанося последний, финальный, завершающий удар, потоком искр соскальзывающий по лезвию меча, зажатого в когтистых руках полу-орка».

Подобный словесный понос вопреки распространенному мнению является страшнейшим бичом жанра, который приводит его к унылому однообразию, слепленному по единому образцу.

Читали одну книгу современной фэнтези? Считайте, что читали их все!

Стоит выделить прослойку авторов, которые, не претендуя на высокое звание знатоков данного вида человекоубийства, выносят сей достославный аспект на второй план, сводя поединки к коротким обменам ударами или вовсе опуская их (ярчайшие примеры — «Властелин колец» Дж. Р.Р. Толкиена и «Песнь льда и огня» Дж. Мартина). В этих книгах меч, копье и иное холодное оружие является деталью интерьера, маловажным декоративным элементом, не играющим особой роли в общем сюжете.

Одним из пионеров жанра оружейной фэнтези в отечественной фантастике стал Ник Перумов. Будучи одним из первых постсоветских писателей, работающих в этом модном нынче жанре, он во многом заложил канву, которой поневоле вынуждены следовать сегодня молодые писатели.

Одной из отличительных особенностей прозы Перумова, коренным образом отличающей ее от западных образчиков жанра, стала любовь к разного вида острым железкам. Настало время глеф, гизарм, эспадонов, шестоперов, ятаганов и прочих замечательных железяк, о которых читателю, вопреки его самомнению, почти ничего не известно.

В своем знаменитом сериале «Хранитель мечей» Перумов предпочитает затягивать бои и размещать их максимально кучно, уподобляя сражения Фесса кровавой мясорубке. Особую роль в описании поединков играют руны, заклинания, заговоры и прочие магические атрибуты, которые непременно делают клинок главного героя волшебным.

Волшебство в фэнтези нередко служит своего рода палочкой -выручалочкой, которая выводит застрявший сюжет на ровные рельсы. Например, когда героя окружает толпа кровожадных врагов, он внезапно вспоминает, что его меч был заколдован и…

…Клинок был заколдован, зачарован и изготовлен из мифрила тройной закалки в драконовом огне — знаете какой он острый и легкий?! Да им и сотню порубать можно легко и непринужденно!

Отдельную нишу в иерархии контактных средств лишения жизни обрела глефа. Периодически берется за подобное чудо фантастической металлургии достославный Фесс (Н. Перумов «Хранитель мечей»). В его многоопытных натруженных руках любимая складная глефа гномьей работы творит чудеса, скашивая врагов налево и направо и отражая такой град стрел, какой и сотне лучников выпустить не так-то просто.

Миф о глефе, как об универсальном и непревзойденном оружии глубоко укоренился в сознании читателей фэнтези. Его развивает и укрепляет А. Воронин в своем «Живом щите», довольно забавном сплаве классической фэнтези и космического action’a. Двухлезвийная глефа также является излюбленным оружием одного из главных героев и применяется им в таких сложных ситуациях как оборона крепости и бои в стесненном пространстве подземных тоннелей.

Воронин вообще превзошел во многих вещах своих предшественников, возведя в абсолют защитные свойства полного стального доспеха, который выдерживает практически любые удары, а враги по неизвестным лично мне причинам повалив закованного в железо рыцаря на землю не могут найти в броне щели, чтобы вонзить туда клинки. Забавно.

На самом деле пресловутая глефа более всего похожа на европейскую алебарду или японскую нагинату. Тяжелая, длинная и сложная в обращении она плохо подходит для динамичного боя с несколькими противниками и требует недюжинной физической силы. Ну а использовать это чудо в условиях, когда размахнуться негде (например, мешают сражающиеся рядом товарищи), попросту невозможно — своих порубишь. Наносить колющие удары глефой неэффективно, парировать удары противника тяжело. А уж о том чтобы отбить глефой хотя бы одну стрелу…

Кстати об отбивании стрел — этим грешат все супергерои фэнтези, делая это быстро и технично самым разнообразным оружием начиная от кинжалов и коротких мечей и заканчивая алебардами и топорами.

Естественно любое оружие подходит для отбивания стрелы, особенно если эта самая стрелы запущенна по тебе с расстояния порядка нескольких сотен метров, а вот отбить стрелу, выпущенную в упор не под силу никому. Даже широко известным японским самураям, которые вопреки распространенному мнению в таких случаях стрелы вообще не отбивали — они их отражали, используя для этого наручи с широкими защитными пластинами на руках.

Другим распространенным заблуждением является форма ятагана, которым часто экипируют орков, гоблинов и другие расы, традиционно представляющие силы Тьмы. Авторы и иллюстраторы книг часто изображают это холодное оружие как нечто, отдаленно напоминающее арабскую саблю, но с еще более широким клинком. Естественно никакого отношения к настоящему ятагану это чудо враждебной металлургии не имеет. Если любознательный читатель даст себе труд прочитать квалифицированное пособие по холодному оружию или сходит в музей, то увидит, что ятаган — режущее оружие с изогнутым клинком обратной заточки и раздвоенной «ушастой» рукоятью.

Многие художники и писатели, по-видимому, хождениями в музеи и чтением чего-либо кроме своих произведений пренебрегают. А зря.

Огнестрельное оружие в фэнтези распространения не нашло, хотя его начали массово использовать гораздо раньше, чем горячо любимые многими полные стальные доспехи.

Книги, в которых используют пистоли, пушки, мортиры и ружья можно пересчитать по пальцам. Среди них не последнее место занимают романы отечественной писательницы В. Камши («Хроники Арции» и «Отблески Этерны»). От других образчиков жанра творчество Веры Камши отличается также оригинальным стилем совмещения фэнтези и сложной придворной интриги, напоминающей жизнь французской аристократии конца 16 века.

К сожалению, оружейная лихорадка в отечественном фэнтези не собирается утихать. Критерием оценки литературного произведения этого жанра сейчас служит такая странная категория как проработанность мира, где на первых местах стоит описание оружия, брони и прочей мишуры, не имеющей принципиального значения для сюжета повествования.

Зачастую начинающие писатели заранее неверно расставляют приоритеты при написании книги, отодвигая персонажей, конфликт и идею на задний план, и выставляя вперед «красочные описания войны, поединков, магических дуэлей» и прочих вещей бесполезных и бессмысленных, дополненных лишь рудиментарным сюжетом, общим смыслом которого неизбежно является пойди сам не знаю куда, принеси сам не знаю что.

…В 2004 году были изданы замечательные словари-справочники Трубиникова:
«Защитное вооружение», «Метательное оружие», «Холодное оружие»

Затаив дыхание, ожидаем новой волны котэ, катан, ниндзя-то, ашико, ба, сатитэ, вердюнов, нав, гуней, гэ, беладжу, кастане и прочих приборов неясного назначения, которые, в руках главного героя — могучего двухметрового варвара или ловкой сексапильной девушки, конечно же, найдут щели даже в самых прочных пластинчатых доспехах.

Материал написан для литературного сайта портала realms.ru в 2004 году