Что не так с «Игрой Престолов» и Битвой за Винтерфелл?

«Игра Престолов» — сериал, прослывший умением поразить, разозлить и разъярить собственных фанатов, удерживая их при этом у экранов. Каждый новый сезон неизбежно сопровождался бурными обсуждениями, спорами и многочисленными воплями «…с меня хватит, сериал скатился!». Тем не менее, аудитория шоу продолжала неизменно расти, а рейтинги — не слишком проседали от серии к серии. Так продолжалось до выхода третьего эпизода финального сезона под громким названием 

За прошедшую неделю было написано достаточно статей с разбором «самого масштабного и решающего эпизода Песни Льда и Огня», в которых критики обвиняли, а поклонники оправдывали происходящие во время «Долгой Ночи» события, многие из которых зрители предпочли бы никогда не увидеть, а многие увидеть мечтали, но не смогли осилить настройки яркости телевизора.

На мой взгляд, все обсуждения слишком концентрируются на визуальной составляющей, игнорируя тот факт, что проблемы «Долгой Ночи» значительно глубже и связаны они не только с неудачными решениями конкретно этого эпизода…

Игра Престолов, оценки
Агрегатор Rottentomatoes вовремя отключил пользовательские оценки. Но даже так рейтинг «Долгой Ночи» второй снизу в истории сериала, хуже только рейтинг серии «Непокорные, Несгибаемые, Несломленные» (72%), в которой происходит изнасилование Сансы Старк.

Книги нет!

Поклонники «Игры престолов» любят обвинять критиков в том, что те постоянно ссылаются на события литературного первоисточника, которые не обязаны появляться в самостоятельном произведении, каковым является экранизация. Это действительно так, и поэтому при обсуждении «Долгой Ночи» я предлагаю полностью абстрагироваться от вселенной «Льда и Пламени» в том виде, которая она существует за пределами сериала. Тем более что вот уже 4 года «Игра Престолов» развивается без первоисточника, и сравнивать последующие эпизоды приходится не с каким-то несуществующим оригиналом, а с предыдущими событиями сериала, в том числе — с показанными в нем немногочисленными сражениями.

Битва на Черноводной, оборона Черного Замка, бегство из Сурового Дома и нашумевшая Битва Бастардов вряд ли могут считаться эталоном реализма, логики или адекватного поведения персонажей, но все они построены вокруг некоего замысла и имеют смысл в рамках общего повествования.

Беда «Долгой Ночи» не в темноте, плохих спецэффектах, отсутствии реализма, нелепом поведении персонажей, неудачном монтаже или финальном твисте Deus Ex Arya, который буквально порвал интернет. Беда в том, что в этом рекордно долгом восьмидесятиминутном эпизоде вообще нет идеи, и единственная его задача — не привнести в сюжет что-то новое, а вырезать старое. Выбросить ненужные, болтающиеся еще с первых сезонов сюжетные линии и «ружья» в виде орды дотракийцев, легиона безупречных, остатков ночного дозора, красных жрецов, армии белых ходоков и даже самого Короля Ночи.

Но самое главное — битва не только не позволяет лучше понять персонажей саги, но и вскрывает все присущие сериалу проблемы, которые накапливались долгие годы.

Битва за здравый смысл

Даже абстрагировавшись от реализма вплоть до законов физики и элементарной логики, невозможно не заметить, что финальное сражение армии живых против армии мертвых — поразительно глупое и бестолковое действо. Складывается стойкое впечатление, что авторы сериала имели несколько несвязанных между собой заранее отснятых ночных сражений, происходивших с разными стартовыми условиями.

Предшествующие осаде Винтерфелла события ясно продемонстрировали, что ближний бой против ходоков и оживших мертвецов это самое глупое, что можно придумать. Ведь каждый погибший солдат тут же переходит на сторону противника.

В итоге в самом начале битвы герои жертвуют всей дотракийской кавалерией как будто желая дать и без того сильному противнику еще больший гандикап. А после защитники предпочитают встречать орду нежити за стенами замка в чистом поле, нехотя отходя за пылающий ров и позже бросаясь в паническое бегство, оставив безупречных сдерживать превосходящего противника.

Несложно догадаться, что замысел здесь вовсе не в том, чтобы эффективно оборонять Винтерфелл. Напротив, сценарист специально измыслил наиболее действенный способ сократить армию Дейенерис, чтобы в следующих эпизодах дать войску Ланнистеров шанс. Помимо общей глупости и абсурдности происходящего, эта сцена плоха тем, что зрителю в очередной раз напоминают о том, что все кроме главных и вторичных героев в «Игре престолов» — это не люди, не вторичные или хотя бы третичные персонажи, это даже не статисты, призванные изображать толпу или армию. Это юниты в стратегии типа «Total War». Они вооружены одинаковым оружием, у них одинаковые прически, одинаковые плащи и одинаковые доспехи, изготовленные фабричным способом и задизайненные так, чтобы лучше передавать «суть того или иного великого дома или народа». Чтобы зритель, не дай бог, не перепутал солдат войска Ланнистеров с солдатами Старков, а дотракийцев – с дорнийцами (странно, что название не поменяли, созвучно ведь).

Игра Престолов, дотракийцы атакуют нежить
Луки и арканы им подавай! Ишь чего захотели, бюджет-то нерезиновый! Будете драться аракхами. Мы их еще в 2011 году наштамповали.

Дотракийцы попросту НЕ МОГУТ взять луки и расстреливать пешеходную нежить с безопасного расстояния. Не потому, что они тупые, а потому, что этот юнит не предусмотрен для ведения дальнего боя. Абсолютно такая же логика довлеет надо всеми участниками этого злосчастного побоища.

Забота о зрителе порой доходит до идиотизма и заставляет сценаристов отрезать целые сюжетные линии, в том числе — основополагающие.

Когда люди в ярости обвиняют сценаристов в том, что они слили Короля Ночи и не раскрыли его предысторию – они изрядно преувеличивают. На самом деле происхождение Короля Ночи достаточно подробно раскрыто в эпизоде «Дверь», когда переместившийся в прошлое Бран видит, как и для чего Дети Леса создали Белых Ходоков. Да вот беда, единожды узнав эту информацию, персонажи сериала предпочитают к ней не возвращаться, а после завершения шестого сезона не вспоминают уже и про самих Детей Леса. Хотя кто, как не они (пускай даже в виде образов в воспоминаниях Брана) могли бы поведать героям об уязвимых местах Короля Ночи?..

Бран, Игра Престолов, Чардрево
В ключевом эпизоде, повествующем о судьбе Короля Ночи нет не только упоминания Детей Леса, но даже заботливо затерта их символика. А ну как зритель ненароком заметит лицо на Чардреве и вспомнит все связанные с ним многообещающие теории?

На самом деле авторы справедливо посчитали, что версия «вышедшего из-под контроля оружия» убивает саспенс и лишает Короля Ночи ореола загадочности, необходимого для качественного образа антагониста в фэнтези-произведении. Действительно – иногда лучше никак не объяснять, чем плохо объяснять. Кроме тех случаев, когда ты уже объяснил.

Без права на подвиг

Как и было обещано перед премьерой сезона, полюбившиеся зрителям персонажи объединяются, чтобы встретить силы тьмы единым фронтом. Однако вместо впечатляющего драматичного и напряженного сражения «Долгая Ночь» представляет собой мешанину, в которой сложно выделить какой-то внятный эпизод. Отчасти виной всему слишком темный визуальный ряд, трясущаяся камера и рваный монтаж, но намного сильнее по восприятию происходящего бьет как раз полное отсутствие напряжения и равнодушие к происходящему.

Помещая главных героев в первые ряды битвы и чудесным образом спасая их для следующей сцены, авторы не просто жертвуют неким нелепым и никому не нужным «реализмом», они лишают персонажей права на подвиг и нивелируют грозящую им опасность. Неоднократно выживая в первых рядах защитников Винтерфелла, главные герои не просто производят впечатление неуязвимых и непобедимых «людей из стали», они выглядят трусами, которые раз за разом бросают несчастных статистов на растерзание нежити. Никто из них не соглашается прикрыть отход отступающих, защитить ворота или иным способом отдать свою жизнь за Винтерфелл. Особенно убого выглядит Джорах Мормонт, сначала возглавляющий самоубийственную атаку дотракийцев, а позже возглавляющий уже трусливое бегство к спасительным стенам крепости, обгоняя при этом спешенных, обреченных на смерть товарищей.

Игра Престолов vs Властелин Колец
Арагорн: «Вперед, на Темные Врата! Ни шагу назад! За Фродо!». Джорах: «Назад, за стены Винтерфелла! Спасайся, бежим!»

Даже его последующая тоскливо-предсказуемая смерть (единственный погибший за эпизод важный персонаж) выглядит не как подвиг, а как ближайшее к интиму расстояние, на какое только может подобраться к любимой женщине обитатель френдзоны. «Игра престолов» всегда удивляла неожиданными смертями, но смерть Мормонта удивляет только своей очевидной неотвратимостью.

Не отстают и другие персонажи. Джон Сноу не только ничего не знает, теперь он еще и ничего не умеет. За всю битву ему не удается хотя бы раз проявить талант фехтовальщика в схватке с белым ходоком или тем более Королем Ночи. Единственное, что остается потенциальному избраннику Владыки Света – испуганно держаться за спину доверенного ему дракона, который при первой возможности сбегает от столь нерадивого наездника.

Джон Сноу не знает ничего
Зря стараешься. Джон Сноу не знает ничего. В том числе и сигналы семафора.

Столь бесславное поведение полюбившихся героев напоминает зрителю об одном: в хороших фильмах битвы не устраивают исключительно ради масштаба или спецэффектов. Они нужны для того, чтобы продвинуть сюжет и раскрыть персонажей, поместить их в условия, где наиболее ярко проявляются основополагающие качества их характеров.

Именно к этому подводят первые два эпизода восьмого сезона, в которых всеведущий Бран неоднократно напоминает окружающим о том, что «вы стали теми, кем должны были стать, и пришли туда, куда должны были прийти».

Однако если приглядеться, то выясняется, что реально в «Игре престолов» из всего их множества эволюционировали всего 3 (три) основных персонажа. Они же прошли определенный жизненный путь, знаменовавшийся пересмотром ценностей, дугой характера, ломкой и изменением мировоззрения. Это Джейме Ланнистер, Дейенерис Таргариен и Санса Старк. Причем Санса в деталях повторяет развитие характера Дейенерис (от наивной девочки к властной правительнице), за тем исключением, что ее становление происходит в семь раз быстрее и в семьдесят раз неправдоподобнее.

Еще один персонаж просто умер, оставаясь при этом на экране в качестве некой функции и сюжетообразующим элементом. Это, разумеется, Бран Старк, который превратился в говорящее дерево.

Все остальные герои ни капли не меняются за все 8 лет прошедших лет, хотя в конце третьего сезона у каждого из них были намечены большие перемены.

Тирион был оболган людьми, ради которых он рисковал жизнь, предан возлюбленной, которую позже убил собственными руками, перед тем как застрелить родного отца. К восьмому сезону он все тот же остроумный и циничный карлик, отпускающий едкие комментарии. Никакого контраста или развития по сравнению с Тирионом из первого сезона нет.

Тирион, сезон 1, сезон 8
После смерти Шаи карлик меньше интересуется продажными женщинами и отрастил бороду, но не утратил страсть к выпивке и сарказму.

Сандор «Пёс» Клиган разорвал поводок и ошейник Ланнистеров, едва не погиб и был спасен коммуной верующих пацифистов. К восьмому сезону Пёс все тот же грубый, брутальный вояка, который панически боится огня. Ему больше не нужно выполнять преступные приказы безумного наследника, но никакой душевной эволюции он не претерпел.

Теон Грейджой как был, так и остался глупым и жалким неудачником. Заявленный в седьмом сезоне подвиг спасения плененной сестры вылился жалким пшиком, а его «героизм» в битве за Винтерфелл свелся к бесполезной смерти.

Игра Престолов, Теон, Рамси
Пыткам Теона в третьем сезоне уделено слишком много времени, и они при этом совершенно лишены смысла: Рамси пытает ничтожество, чтобы превратить ничтожество в ничтожество. Воистину, то, что опущено, не может опуститься.

Ровно тоже самое можно сказать про Серсею, Бронна, Бриенну, Подрика, Серого Червя, Меллисандру, Давоса и остальных действующих лиц.

Печальнее же всего наблюдать как не изменились за сериал Джон Сноу и Арья Старк.

(Пере)избранные

С первого же сезона сюжетная линия Джона Сноу подразумевала некое предназначение. Загадочное происхождение, особый белый лютоволк, непонятная, но очевидно весомая роль в общем сюжете — все это постепенно подвило зрителя к тому, что Джон на самом деле если не главный, то один из важнейших персонажей сериала. К тому же, начиная со второго сезона в «Игре престолов» появилось озвученное красной жрицей Меллисандрой пророчество про приход «Обещанного принца», Избранника Владыки Света, способного остановить силы тьмы. Достаточно быстро паззл пророчества начал складываться именно на фигуре Джона. Эта версия была подкреплена в момент его воскрешения и позже снова подтверждена, когда Джон Сноу оказался Эйгоном Тарагиерном — законным наследником и главным кандидатом на роль Избранного.

При этом, несмотря на пережитые потрясения, Джон Сноу ни капли не изменился и даже поглупел с первых серий. В момент наступления «Долгой Ночи» он все тот же простодушный «незнайка», способный в ответ на очередную порцию откровений лишь удивленно хлопать глазами. Убийство Игритт, командование Ночным Дозором, предательство ближайших товарищей, смерть и воскрешение никак не сказались на его волевых качествах или манере поведения. Единственное, что Джон Сноу сумел изменить по-настоящему – это портного и парикмахера.

Джон Сноу, сезон 1, сезон 8
В классических «историях взросления» смена имиджа радикально сказывается на качествах характера главного героя. Джон Сноу попробовал. Ему не помогло.
Осознав, что такой Избранный не годится, сценаристы в последний момент заменили его на… Арью Старк.

Сами авторы сериала в комментариях к эпизоду признались, что по первоначальному плану Короля Ночи должен был победить Джон Сноу, но в итоге шоураннеры сочли такой поворот «слишком предсказуемым» и таким образом попросту отказались от всей сюжетной линии Пророчества.

«Мы надеялись избежать ожидаемого. Джон Сноу всегда был героем и спасителем, но нам казалось неправильным делать его героем и в этой сцене…»
Игра Престолов, Дениел Бениофф
Дэвид Бениофф
Сценарист и шоураннер "Игры Престолов"

Это заявление не остановило фанатов сериала, которые всерьез уверовали, что сценаристы все же следуют некоему Великому Первоначальному Замыслу и даже сумели подогнать Пророчество под Арью.

Воспроизведу, вкратце, доводы в пользу мнения, что «всё сошлось, противоречий нет»:

«Избранный должен “…возродится среди соли и дыма для последней битвы со злом”. После того, как Арья покинула израненного Пса в конце четвёртого сезона, она добралась до города-порта под названием Солеварни. Там она нашла загруженный солью корабль, который должен был отправиться в Браавос. Так началась её новая жизнь или “возрождение”».
badcomedian-школьник
Преданные фанаты сериала
Стадия отрицания

Если момент с Солеварнями показался вам притянутым за уши, то предлагаю задуматься над тем, какую же новую жизнь начала Арья в Браавосе?

На самом деле, попав в Браавос, этот персонаж ни капли не изменился по сравнению с первыми сериями первого сезона, где Арья точно так же учится драться, уворачиваться и незаметно передвигаться. Все разговоры про «ты должна стать никем» и «освободиться от своего прошлого» заканчиваются прямо противоположным результатом: Арья гордо заявляет, что она Старк, покидает своего учителя и невозбранно возвращается домой.

Получается, что таинственный Черно-Белый дом — это некая благотворительная организация, которая обучает благородных девиц искусству убивать, чтобы те могли отомстить обидчикам родни.

Игра Престолов, Арья, сезон 1-8
Не нужно искать отличий между первым и восьмым сезоном — их нет.

Чтобы напомнить старому зрителю и показать новому способности Арьи передвигаться бесшумно, авторы даже ввели в «Долгой Ночи» продолжительную сцену, в которой Арья играет в стелс-экшен с несколькими зомби. Сцена не просто выглядит фантастически глупо даже по меркам остальной части эпизода (почему в библиотеке так тихо, ведь под стенами замка сражается многотысячная армия!), но и в очередной раз нарушает правила поведения оживших мертвецов.

Если зомби ориентируются на слух, зрение или иное осязание, то каким образом видят и слышат те из них, кто истлел до состояния скелетов? Если они медленные и тупые, и умнеют только в непосредственной близости от ходока, то, как объяснить поведение зомби в восьмом эпизоде первого сезона, который перед поединком с Джоном Сноу не забывает закрыть дверь? Я уже молчу о том, что конечности, отрубленные от тела восставших покойников, то живут своей жизнью, то нет…

Игра Престолов, Арья, Бриенна, тренировка
Сразу же после премьеры «Долгой ночи» интернет буквально наводнили видео и фотографии того, как Мэйси Уильямс тренируется перед съемками. Снабженные подписями типа «она шла к этому семь лет», эти посты явно оставлены в пику критикам.

Сосредоточившись на демонстрации физических данных актрисы и персонажа, авторы забывают простое правило: драматическое произведение в любом жанре отличается от бессмысленной ММОРПГ-дрочильни тем, что персонажи в нем совершают поступки и тем более подвиги благодаря чертам и качествам своего характера, а не благодаря приобретенным навыкам.

Игра Престолов, Арья, Король Ночи
Крайне разумная версия.

Люк Скайвокер побеждает Вейдера не из-за того, что получил достаточно очков Силы во время тренировок на Дагобе; Рокки держится против чемпиона мира пятнадцать раундов не потому, что на глазах зрителя 15 минут молотил сырое мясо на бойне; принц Боромир погибает, прикрывая двух хоббитов-провинциалов не потому, что медленно бегает; Кратос раз за разом побеждает бессмертного Бальдра не благодаря тому, что игрок тщательно качал навыки и выполнял все вторичные квесты…

Список можно продолжать бесконечно.

В художественном произведении полученные героями способности визуализируют их внутреннюю трансформацию, рост и\или ломку характера, переоценку ценностей, возвышение или падение духа нравственности. В случае с Арьей или даже Джоном Сноу никакого роста или трансформации нет. Они оба не слишком изменились за долгое лето, и в этом свете не слишком-то и важно, кто из них все-таки убьет Короля Ночи.

Так пофиг, что даже пофиг

Таким образом, основная проблема эпизода «Долгая Ночь» и сериала в целом состоит в том, что обычно называют безоговорочным успехом и достоинством «Игры престолов» — это персонажи. Дословно воспроизведя солидный задел первых трех книг Джорджа Мартина, сценаристы вскоре поняли, что не знают, куда девать лютоволков, зачем нужна сюжетная линия Арьи в Браавосе, как разрешится противостояние Серсеи Ланнистер и Маргери Тирелл, и т.д., и т.п. А главное, не знают, как показать в избранном формате такое количество сюжетных линий, каждая из которых тянет за собой несколько последующих.

Игра Престолов, краткая суть
Все сермяжная суть

Пришлось резать. Благо, сам автор оригинала предоставил хорошее оправдание для внезапного геноцида персонажей в виде «Красной свадьбы», на которую удобно ссылаться в ответ на любую критику.

Вас не устраивает подрыв септы Бэйлора? Красная свадьба!

Вам кажется неправдоподобным сожжение кхалов? Красная свадьба!

Вы разочарованы тем, как разрешился «Меериинский узел»? Красная свадьба!

«Долгая Ночь» не является чем-то новым для сериала. Это просто очередная «Красная свадьба». Просто под нож здесь пустили не положительных, а отрицательных ненужных персонажей.

В своей статье «Игра престолов» интересует фанатов сильнее, чем авторов сериала» Артемий Леонов подробно расписал, почему не стоит заморачиваться преемственностью и последовательностью даже в рамках самого сериала, не говоря уже о сравнениях с литературным первоисточником. Поэтому не стоит относиться к происходящему слишком серьезно или тем более упрекать шоуранненров НВО в глупости и непрофессионализме. Они-то лучше других понимают, что аудитория сериала состоит из людей, которые смутно помнят события предыдущего сезона, и тех, кто с пеной у рта готов защищать любое решение авторов, подводя под него совершенно абсурдную базу (см. Пророчество и Арья). Лишь ничтожный процент зрителей внимательно смотрит и помнит сериал и одновременно сохраняет критическое к нему отношение. Как раз их мнение можно смело игнорировать, а еще лучше – предоставить верным фанатам потрошить несчастных критиков в комментариях.

Воистину, такой армии преданных зомби позавидует сам Король Ночи.

Четвертое дно

В завершение хотелось бы заметить, что при обсуждении Битвы за Винтерфелл невозможно не вспомнить другое столь же решающее сражение, где Силы Света так же выступили против неисчислимых орд Тьмы лишь с крохотной надеждой на спасение, а в бой их повел вернувшийся из долгого изгнания законный наследник (хваленая оригинальность «Игры престолов» в этот момент дала солидную трещину).

Разумеется, я говорю про финальную битву кинотрилогии «Властелин Колец».

Игра Престолов, Джон Сноу, Арагорн
Арагорн: «Я вижу в ваших глазах тот же страх, который сжимал моё сердце. Возможно, наступит день…» . Джон Сноу: «…»

В этом свете не составляет никакого труда понять, как собственно писалась пресловутая «Долгая Ночь». У вас там перед решающим сражением Арагон толкает пафосные речи и проявляет чудеса героизма? А вот наш Джон Сноу будет бессильно бегать туда-сюда как побитая шавка, а самого сильного врага пускай убьет девочка! GIRL POWEH!!1 (здесь хваленая оригинальность «Престолов» дала вторую трещину).

Игра Престолов, Арья, Эовин
Никогда такого не было и вот опять...

У вас там Избранный и Пророчество? А пусть Темного Властелина вообще между делом посреди сезона убьют, а его предыстория и мотивация для общего сюжета не слишком-то и важны — главный злодей вовсе не он!

Игра Престолов, Король Ночи, Сноук
Ложные Злодей и Избранный — излюбленная тема в современной фантастике. Совсем недавно ее использовали в «Последних джедаях». Единственное, чего добились в погоне за оригинальностью «Престолы» — Короля Ночи стали называть Сноук 2.0.

Вы ожидали, что специально изготовленный специально для этой битвы раздвижной шест Арьи сыграет в этом эпизоде какую-то важную роль? Ха-ха! Мы вас обманули! Ведь «Игра Престолов» — интерактивное шоу, мы читаем все ваши дурацкие теории и реагируем на них!

Увлекшись пробиванием четвертой стены, авторы сами не заметили пробивание четвертого дна. Потому что борьба со штампами ради борьбы со штампами сама по себе является удвоенным штампом. Она не делает происходящее на экране оригинальнее. Только глупее. По-настоящему оригинальное произведение игнорирует наличие или отсутствие штампов и существует вне их поля действия, а вот каждый раз сознательно уходя от штампа, творец признает и подчеркивает его существование, начинает возводить его в степень. Чем больше таких «неожиданных поворотов» — тем скучнее и тоскливее происходящее.

Странно, что в погоне за оригинальностью сценаристы не заставили Короля Ночи погибнуть после падения с дракона, а то и вовсе развернуться при виде собравшейся в Винтерфелле армии и отправиться назад за Стену. Дескать, ну вас нафиг, ребята!

Как самостоятельные произведения подобные перформансы, безусловно, имеют право на жизнь. Однако в рамках общей истории с устоявшимся каноном, стилем и атмосферой они выглядит так, как если бы во время экскурсии по Эрмитажу на середину внезапно зала выбежал художник-постмодернист и с воплем «А ВОТ ТАКОГО ВЫ НИКОГДА НЕ ВИДЕЛИ!!!» начал прибивать свою мошонку к полу.

Безусловно, такого мы действительно никогда не видели.

Это выглядит глупо.

Это выглядит пошло.

И самое печальное, что у подобного искусства есть масса поклонников.