Обзор аниме: «Повесть о Гэндзи» (1987)

Вряд ли среди людей, интересующихся японской культурой, найдутся те, кто не слышал про «Повесть о Гэндзи». Признанный «первым романом в истории» литературный памятник эпохи Хэйан, авторство которого приписывается придворной даме Мурасаки Сикибу, занимает в японской культуре особое место. Многочисленные театральные постановки и пьесы, собрание иллюстраций, 3 прямые экранизации и бесчисленные отсылки к Гэндзи, которые можно встретить как в трудах классиков, так и во всех проявлениях современной массовой культуры Японии.

Тем более удивительно, что феномен Гэндзи практически не затронул другие страны. Объемный эпос, повествующий о неторопливой придворной жизни, написанный архаичным языком, не смог стать основой для блокбастеров и заинтересовать западного зрителя, как это удалось сделать ниндзя и самураям. Несмотря на то, что последние тридцать лет экспорт японской культуры был на высочайшем подъеме — «восточный Дон Жуан», как часто называют Гэндзи, не покинул границ Страны Восходящего Солнца. Первый полный и правильный перевод «Повести о Гэндзи» на английский язык был сделан лишь в 1976 году, а на русский — в 1993 (перевод Т. Л. Соколовой-Делюсиной).

Genji Monogatari 1987

Разумеется, «Повесть о Гэндзи» не смогла обойтись и без анимационной экранизации, популярность которой в Японии вполне может поспорить с живым кинематографом. За аниме по мотивам «первого в истории романа» взялась студия Group TAC, на счету которой уже был опыт работы с классикой — экранизация романа Кэндзи Миядзавы «Ночь на галактической железной дороге».

Учитывая малую распространенность перевода романа, аниме-экранизация «Повести о Гэндзи» интересует отечественного зрителя не столько с точки зрения достоверности отображаемых событий оригинала, сколько как самостоятельное произведение, существующее в рамках культурно-философской парадигмы «феномена Гэндзи».

Действие аниме происходит в условном прологе — первых главах «Повести…», посвященных юности Гэндзи и его похождениям при императорском дворе в Киото.

genji-monogatari-1987

Главный герой — принц Гэндзи, любимец Императора, известный своими любовными похождениями. Любвеобильный и не обделенный женским вниманием молодой ловелас умудряется крутить роман с прекрасной вдовой, вступить в близость с собственной мачехой, соблазнить принцессу и оставаться при этом заботливым и внимательным спутником жизни для своей жены — прекрасной Аой. Однако продолжительные и разнообразные любовные приключения принца привлекают внимание его политических противников, которые недовольны тем влиянием, которое Гэндзи (сын наложницы) оказывает на своего отца Императора…

В хитросплетениях сюжета, не читав роман-первоисточник, разобраться непросто, но можно. Ведь, несмотря на обилие сюжетных линий, основная идея легко прослеживается. Рано лишившийся матери юный принц Гэндзи пребывает в постоянном поиске близкого человека, способного разрушить прикоснувшееся к нему в детстве одиночество и осознание бренности материального мира. Он испытывает постоянный страх, связанный с чувством утраты, которое неизбежно наступает после разрыва с очередной любовницей. Казалось бы, семейная жизнь с Аой должна принести упокоение мятежной душе принца, рано лившегося материнской ласки, но судьба распоряжается по-другому…

genji-monogatari

Весна неотрывно связана для японцев с цветением сакуры, и ее белые лепестки стали для Гэндзи символом разлуки и смерти, которые отбирают близких ему людей. И так каждый новый роман, соблазненная женщина и чувственное приключение становится для него еще одним шагом в бегстве от одиночества.

Безусловно, Group TAC идут на авторский произвол, спасая Гэндзи от его обреченности с помощью юной Мурасаки. С точки зрения оригинала нельзя утверждать, что изгнание Гэндзи из Киото сопровождалось подобными изменениями во внутреннем мире героя. Но красочный символический поединок принца и цветущего дерева сакуры придает завершенность сюжету аниме.

Любопытно, что значительное место в экранизации уделено мистической составляющей романа. Сцены с участием сверхъестественного нарисованы с налетом характерного для японского кайдана парадоксального ужаса. Любители «старшилок» по достоинству оценят зловещие цветы сакуры, касающиеся возлюбленных принца как вестники увядания и смерти, и мстительный призрак госпожи Рокудзё, пришедший мучить ненавистную соперницу.

genji-monogatari

«Повесть о Гэндзи» — это, в первую очередь, красивое и очень необычное аниме. Главным его достоинством являются великолепные фоны и необычный стиль изображения персонажей. Визуальный ряд стилизован под живопись эпохи Хэйан, и эта непростая и рискованная задача полностью оправдала себя. А замечательная для 1987 года анимация прекрасно оживила персонажей экранизации. Разумеется, экранизация литературного произведения, целиком посвященного любви и страсти не обошлась без эротических сцен. Все они исполнены с чувством меры и не вызовут отторжение даже у самого пуританского зрителя, не привыкшего к подобным аспектам в анимации.

От визуального ряда не уступает и звуковое сопровождение. Музыка, исполненная на классических японских инструментах, идеально сочетается с происходящим на экране и подчеркивает настроение наиболее эмоциональных сцен.

Как это часто бывает с необычными картинами, все недостатки «Повести о Гэндзи» связаны с ее несомненными достоинствами. Безукоризненно выполненные персонажи чрезвычайно похожи друг на друга, и их легко перепутать. Особенно это касается любовниц Гэндзи, которые различаются зрителем скорее по интерьеру их жилищ, нежели по внешности или озвучке.

genji-monogatari

Современного зрителя аниме «Повесть о Гэндзи», скорее всего, отпугнет недостатком динамики и развития сюжета. Полтора часа Гэндзи и его любовницы будут продолжать свой неторопливый танец. Историю разбавит нехитрый заговор, сложные отношения Гэндзи с дамами значительно старше и младше его.

Если в целом говорить дуэте Гисабуро-Томоми, то следует признать что Гисабуро, чей путь в анимации начался с самого «Могучего Атома», превосходит своего коллегу не только как режиссер, но и как сценарист. Известный в СНГ по заказанному в целях религиозной пропаганды телесериалу «Летающий дом» Томоми выдал крайне запутанный и бессвязный сценарий, не поскупившись на широкие мазки и проявив очевидное невнимание к одним сюжетным линиям романа, гипертрофировано развив другие. Вытянуть столь неоднозначный материал смогли лишь творческий опыт Гисабуро и мастерство художников.